Меня звали Хэнк Адамс. Я был простым уборщиком на одной из станций 13 компании НаноТрансен. Честно выполнял свою работу, был в хороших отношениях с другими членами экипажа. Они были классными ребятами. Они погибли...
В тот день моя смена шла как обычно, ничем не отличаясь от других рядовых будних дней. Пока я не пошёл в тот чёртов технический тоннель... Я собирался проверить его на наличие грызунов и поставить ловушки. Знаете, эти твари грызут внутреннюю обшивку и даже проводку. Чёрт, да как вообще получилось, что на космической станции завелись мыши?... наверное сбежали из научного отсека. Да наверняка. Эти безалаберные учёные, вечно курят на рабочем месте и разбрасывают бычки.
Но я отклонился от темы. В тот день я нашёл в этом тоннеле человека. Он лежал в крови, в неестественной позе, не дышал. Чёрт, видеть это... это было ужасное ощущения. Я вылетел оттуда пулей, прося помощи по передатчику. Пришёл начальник отдела кадров. Он клёвый мужик. С ним всегда можно почесать языком пару минут... Можно было.
Я передал ситуацию ему и поскорее оттуда слился. Позже в тот день, я подслушал его разговор с кем-то в медицинском отсеке. Он говорил, что если есть один труп. Значит будут ещё... Стремясь выкинуть это всё из головы я пошёл в бар к Саре. Эх, Сара... она тем огоньком, который согревал всех нашей этой станции. За бокалом чего-нибудь горячительного и болтовнёй время пролетало незаметно. Она была отличным человеком, разговоры с ней помогали сбросить любой камень с души. Она тоже погибла в тот день...
Чёрт, я опять отклоняюсь. Сидя в баре, в пол уха слушая рацию, я услышал доклад о каких-то проблемах с давлением и о какой-то зелёной слизи в доке у шаттла. Проворчав об очередной появившейся куче работы, я выключил гарнитуру, желая урвать побольше времени в успокаивающей атмосфере бара.
Когда же я таки добрался до дока... Чёрт, это была не слизь. Медленно расплавляя переборки, по нашей станции расползалась какая-то светящаяся зелёная херня. Я увидел как глава отдела кадров и ещё какой-то парень пытаются бороться с этой дрянью сварочными горелками. Я же, растерявшись и разозлившись, начал мутузить эти щупальца (или корни?) своей шваброй. Хоть она была и лёгкая, но сломать её было невозможно. С грехом пополам я смог пробиться к ребятам, но наши попытки подобраться к сердцу этого... существа? Были тщетными. Чем ближе мы подбирались, тем быстрее шёл рост. В какой-то момент ХоП передал мне сварку, а сам унёсся за бластером. Ожидая его мы продолжали жечь эту дрянь на пару с... тем парнем. Чёрт, я даже не запомнил как его звали.
Брайан. Его звали Брайан. Он был, кажется, химиком.
Вернувшийся ХоП разрядил в эту тварь всю батарею и это нам не помогло. Он вновь убежал - на перезарядку. Меня к тому времени уже изрядно пожгла эта тварь. В горячке боя я и не заметил как мне досталось. В какой-то момент продолжать сопротивление стало уже невозможно, я выронил сварочный аппарат и поплёлся в медотсек. На выходе меня догнал Брайан и дал мне какие-то капсулы. Я проглотил их и довольно быстро боль отсутпила, а я почувствовал прилив энергии и смог бежать... это и привело меня прямо в лапы ко второй проблеме, у которой я вскользь слышал по рации, сидя в баре у Сары. Вбежав в медотсек я... я плохо помню тот момент. Я помню как я лежал на полу, не мог дышать и было очень холодно. Помню как сознание медленно угасало. Тогда я подумал, что это всё. Что Хэнк отбегался. Вот сейчас я усну и... и больше меня не будет. И мне было так странно спокойно, пока в глазах у меня темнело.
Придя в сознание я увидел над собой стекло медицинской капсулы. Я был жив. Из моих вен торчали катетеры. Я чувствовал расплывшееся по телу тепло. В соседней каспуле лежал капитан станции. Это он спас мне жизнь, вытащив из разгерметизированного отсека... Да, те самые проблемы с давлением оказались сущим адом в виде полной разгерметизации нескольких отсеков станции. В зону поражения попал и сектор перед медбэем, где я и вырубился.
Через несколько минут пришёл врач, мы выбрались из капсул. Капитан, едва встав на ноги, куда-то умчался, пробежав при этом по ледяному безвоздушному пространству, которое отрезало медотсек от остальной станции. Бравый мужик. Я всё ещё чувствовал себя паршиво и остался на какое-то время с доктором, но в скором времени и мне предстояло повторить этот подвиг. У меня не было выбора. На станции творился настоящий апокалипсис. Из радиопереговоров я понял, что стоит вопрос о вызове аварийного шаттла и полной эвакуации. Я не мог сидеть сложа руки, мне нужно было пойти и как-то помочь своим коллегам. Сделав несколько уколов, доктор открыл мне дверь и я понёсся сломя ноги через безжизненное пространство приёмной медицинского отсека. Даже через маску я чувствовал леденящий холод открытого космоса... Я добежал до своей цели. Дверь за мной резко закрылась с шипением. Я снова мог дышать.
Отдышавшись, я отправился на поиски своих товарищей, но задержался у капитанского мостика. Через стекло я увидел, как он разговаривал о чём-то с детективом и его помощницей. Я видел эту парочку ранее этим днём. Они занимались расследованием убийств на станции. Да-да, "убийств". Найденный мной утром бедняга в техническом тоннеле был не единственным. На пробрался какой-то ублюдок, который тихо убивал нас одного за другим. Наверное он был из Синдиката. Нам рассказывали об этих террористах. Те ещё гады. Наверняка он и устроил саботаж в пострадавших отсеках. Может быть даже та тварь в доке - его рук дело.
Детектив и капитан переговаривались, я старался понять их разговор по губам и по жестам. По бегущему на мониторах отсчёту времени я понял, что был вызван эвакуационный шаттл. Значит станцию было не спасти. На этой мысли я и почувствовал ужасающий удар в затылок. Судорога прошла по всему телу, в ушах звенело, я упал на пол и тут же почувствовал ещё один удар. И ещё. И...
И Хэнка не стало.
По коридорам станции разносился рёв сирены. Две пары ботинок выбивали сбивчивый ритм - кто-то нёсся к спасательному шаттлу. Два человека. Всего два.
Тут и там лежали тела моих погибших товарищей. Химик Брайан не справился с зажигательной бомбой, которой хотел сжечь инопланетную тварь в доке. Заряд сдетонировал в коридоре по пути туда, прямо у него в руках. Барменша Сара погибла на своём рабочем месте - за стойкой нашего любимого. Кто-то устроил взрыв на кухне. Что стало я нашим замечательным капитаном я не знаю. Может пал в схватке с предателями, может не смог в очередной раз повторить свой трюк с пробеганием через разгерметизированный отсек. Обшивка между основными помещениями станции и зоной прибытия эвакуационного шаттла была разорвана серией взрывов. Моё тело, изуродованное множественными ударами киркой лежало в лужи крови у панорамного окна капитанского мостика.
В это время в помещениях службы безопасности было три человека. Одетый в старомодные пальто и шляпу детектив Винстон Смит со своей совсем молодой напарницей Ноной Липпи и... закованный в наручники начальник службы безопасности станции. Похоже, он и устроил весь этот беспредел, в котором погибло так много прекрасных людей.
Во всей этой суматохе и хаосе, Винстон и Нона смогли найти и взять живьём ответственного за всё предателя. Нужно было срочно покидать станцию, но они знали, что путь к спасательному шаттлу отрезан. Сидя так высоко в корпоративной иерархии, террористы отлично спланировали уничтожение станции и всего персонала. Начальник СБ сидел смотря в пол. Эта сволочь явно не планировала быть отрезанной от шаттла и сдохнуть на станции от щупалец собственной же твари или от полной разгерметизации - что доберётся до них раньше. Малышка Липпи стояла ошарашенная, по лицу начинали катиться слёзы, она тоже понимала, что им не выбраться отсюда. Винстон же, не меняя своего привычного печального выражения лица, достал из нагрудного кармана свой ID и показал его Ноне. Это был их билет отсюда. Как детектив, он имел расширенный допуск на станции и мог получить доступ к спасательным капсулам, расположенным в доке. Там оставалась последняя капсула, до которой ещё не добралась зелёная тварь. Схватив предателя за плечо, они побежали по коридорам СБ в направлении дока.
Станция трещала по швам, давление быстро падало, один за другим гасли отсеки станции, все системы выходили из строя. Вот они добежали до капитанского мостика и повернули направо. Нона на мгновение задержала взгляд на теле Хэнка Адамса и тут же отвернулось. Она уже насмотрелась за сегодня. Нет, хватит. Впереди их ждёт док со спасательной капсулой, которая унесёт их из этого ада и можно будет про всё это забыть... по крайней мере постараться. Они неслись сломя голову, в горле уже давно пересохло от холода и дыма, постепенно заполнявших станцию. Очередная дверь распахивалась перед ними уже неохотно. Падала подача питания. Пальто Смита развивало на бегу, из под шляпы на глаза стекали капли пота. Ещё одна дверь уползла в сторону ещё медленнее предыдущей. Причёска Ноны спуталась и, обильно смоченная потом, липла к лицу. Бежать. Быстрее. Осталось ещё немного! Очередная дверь распахивается и... они упираются в красную заслонку пожарной блокировки. В корридоре, ведущем к доку, бушевал пожар и он был заблокирован. Пожар от зажигательного заряда химика Брайана, которым он пытался спасти станцию.
Нона опешила, отказываясь верить в это. Винстон Смит ударил в заслонку кулаком, поморщился от боли и развернулся к Ноне. Они какое-то время стояли, смотря друг другу в глаза и как бы ведя бессловесный диалог. Относительную тишину нарушил хрип системы оповещения, сообщивший об отбытии спасательного шаттла.
Судорожно глотая воздух и пытаясь сдержать накатывающие слёзы, нона проговорила:
- Нет!... Они... Улетели...
Вновь повисло молчание. Взгляд Ноны, бывший всегда озорным и с огоньком, будто остекленел. Приходило осознание, что это всё. Это действительно конец. Выдохнув немного воздуха в звуке, которому предпологалось быть смешком, она спросила глядя в никуда :
- Ребят, какие-нибудь последние слова?
Потянувшись рукой в карман, Винстон Смит вздохнул и произнёс:
- У тебя есть спички? ХоП не вернул мне зажигалку.
В тот день моя смена шла как обычно, ничем не отличаясь от других рядовых будних дней. Пока я не пошёл в тот чёртов технический тоннель... Я собирался проверить его на наличие грызунов и поставить ловушки. Знаете, эти твари грызут внутреннюю обшивку и даже проводку. Чёрт, да как вообще получилось, что на космической станции завелись мыши?... наверное сбежали из научного отсека. Да наверняка. Эти безалаберные учёные, вечно курят на рабочем месте и разбрасывают бычки.
Но я отклонился от темы. В тот день я нашёл в этом тоннеле человека. Он лежал в крови, в неестественной позе, не дышал. Чёрт, видеть это... это было ужасное ощущения. Я вылетел оттуда пулей, прося помощи по передатчику. Пришёл начальник отдела кадров. Он клёвый мужик. С ним всегда можно почесать языком пару минут... Можно было.
Я передал ситуацию ему и поскорее оттуда слился. Позже в тот день, я подслушал его разговор с кем-то в медицинском отсеке. Он говорил, что если есть один труп. Значит будут ещё... Стремясь выкинуть это всё из головы я пошёл в бар к Саре. Эх, Сара... она тем огоньком, который согревал всех нашей этой станции. За бокалом чего-нибудь горячительного и болтовнёй время пролетало незаметно. Она была отличным человеком, разговоры с ней помогали сбросить любой камень с души. Она тоже погибла в тот день...
Чёрт, я опять отклоняюсь. Сидя в баре, в пол уха слушая рацию, я услышал доклад о каких-то проблемах с давлением и о какой-то зелёной слизи в доке у шаттла. Проворчав об очередной появившейся куче работы, я выключил гарнитуру, желая урвать побольше времени в успокаивающей атмосфере бара.
Когда же я таки добрался до дока... Чёрт, это была не слизь. Медленно расплавляя переборки, по нашей станции расползалась какая-то светящаяся зелёная херня. Я увидел как глава отдела кадров и ещё какой-то парень пытаются бороться с этой дрянью сварочными горелками. Я же, растерявшись и разозлившись, начал мутузить эти щупальца (или корни?) своей шваброй. Хоть она была и лёгкая, но сломать её было невозможно. С грехом пополам я смог пробиться к ребятам, но наши попытки подобраться к сердцу этого... существа? Были тщетными. Чем ближе мы подбирались, тем быстрее шёл рост. В какой-то момент ХоП передал мне сварку, а сам унёсся за бластером. Ожидая его мы продолжали жечь эту дрянь на пару с... тем парнем. Чёрт, я даже не запомнил как его звали.
Брайан. Его звали Брайан. Он был, кажется, химиком.
Вернувшийся ХоП разрядил в эту тварь всю батарею и это нам не помогло. Он вновь убежал - на перезарядку. Меня к тому времени уже изрядно пожгла эта тварь. В горячке боя я и не заметил как мне досталось. В какой-то момент продолжать сопротивление стало уже невозможно, я выронил сварочный аппарат и поплёлся в медотсек. На выходе меня догнал Брайан и дал мне какие-то капсулы. Я проглотил их и довольно быстро боль отсутпила, а я почувствовал прилив энергии и смог бежать... это и привело меня прямо в лапы ко второй проблеме, у которой я вскользь слышал по рации, сидя в баре у Сары. Вбежав в медотсек я... я плохо помню тот момент. Я помню как я лежал на полу, не мог дышать и было очень холодно. Помню как сознание медленно угасало. Тогда я подумал, что это всё. Что Хэнк отбегался. Вот сейчас я усну и... и больше меня не будет. И мне было так странно спокойно, пока в глазах у меня темнело.
Придя в сознание я увидел над собой стекло медицинской капсулы. Я был жив. Из моих вен торчали катетеры. Я чувствовал расплывшееся по телу тепло. В соседней каспуле лежал капитан станции. Это он спас мне жизнь, вытащив из разгерметизированного отсека... Да, те самые проблемы с давлением оказались сущим адом в виде полной разгерметизации нескольких отсеков станции. В зону поражения попал и сектор перед медбэем, где я и вырубился.
Через несколько минут пришёл врач, мы выбрались из капсул. Капитан, едва встав на ноги, куда-то умчался, пробежав при этом по ледяному безвоздушному пространству, которое отрезало медотсек от остальной станции. Бравый мужик. Я всё ещё чувствовал себя паршиво и остался на какое-то время с доктором, но в скором времени и мне предстояло повторить этот подвиг. У меня не было выбора. На станции творился настоящий апокалипсис. Из радиопереговоров я понял, что стоит вопрос о вызове аварийного шаттла и полной эвакуации. Я не мог сидеть сложа руки, мне нужно было пойти и как-то помочь своим коллегам. Сделав несколько уколов, доктор открыл мне дверь и я понёсся сломя ноги через безжизненное пространство приёмной медицинского отсека. Даже через маску я чувствовал леденящий холод открытого космоса... Я добежал до своей цели. Дверь за мной резко закрылась с шипением. Я снова мог дышать.
Отдышавшись, я отправился на поиски своих товарищей, но задержался у капитанского мостика. Через стекло я увидел, как он разговаривал о чём-то с детективом и его помощницей. Я видел эту парочку ранее этим днём. Они занимались расследованием убийств на станции. Да-да, "убийств". Найденный мной утром бедняга в техническом тоннеле был не единственным. На пробрался какой-то ублюдок, который тихо убивал нас одного за другим. Наверное он был из Синдиката. Нам рассказывали об этих террористах. Те ещё гады. Наверняка он и устроил саботаж в пострадавших отсеках. Может быть даже та тварь в доке - его рук дело.
Детектив и капитан переговаривались, я старался понять их разговор по губам и по жестам. По бегущему на мониторах отсчёту времени я понял, что был вызван эвакуационный шаттл. Значит станцию было не спасти. На этой мысли я и почувствовал ужасающий удар в затылок. Судорога прошла по всему телу, в ушах звенело, я упал на пол и тут же почувствовал ещё один удар. И ещё. И...
И Хэнка не стало.
По коридорам станции разносился рёв сирены. Две пары ботинок выбивали сбивчивый ритм - кто-то нёсся к спасательному шаттлу. Два человека. Всего два.
Тут и там лежали тела моих погибших товарищей. Химик Брайан не справился с зажигательной бомбой, которой хотел сжечь инопланетную тварь в доке. Заряд сдетонировал в коридоре по пути туда, прямо у него в руках. Барменша Сара погибла на своём рабочем месте - за стойкой нашего любимого. Кто-то устроил взрыв на кухне. Что стало я нашим замечательным капитаном я не знаю. Может пал в схватке с предателями, может не смог в очередной раз повторить свой трюк с пробеганием через разгерметизированный отсек. Обшивка между основными помещениями станции и зоной прибытия эвакуационного шаттла была разорвана серией взрывов. Моё тело, изуродованное множественными ударами киркой лежало в лужи крови у панорамного окна капитанского мостика.
В это время в помещениях службы безопасности было три человека. Одетый в старомодные пальто и шляпу детектив Винстон Смит со своей совсем молодой напарницей Ноной Липпи и... закованный в наручники начальник службы безопасности станции. Похоже, он и устроил весь этот беспредел, в котором погибло так много прекрасных людей.
Во всей этой суматохе и хаосе, Винстон и Нона смогли найти и взять живьём ответственного за всё предателя. Нужно было срочно покидать станцию, но они знали, что путь к спасательному шаттлу отрезан. Сидя так высоко в корпоративной иерархии, террористы отлично спланировали уничтожение станции и всего персонала. Начальник СБ сидел смотря в пол. Эта сволочь явно не планировала быть отрезанной от шаттла и сдохнуть на станции от щупалец собственной же твари или от полной разгерметизации - что доберётся до них раньше. Малышка Липпи стояла ошарашенная, по лицу начинали катиться слёзы, она тоже понимала, что им не выбраться отсюда. Винстон же, не меняя своего привычного печального выражения лица, достал из нагрудного кармана свой ID и показал его Ноне. Это был их билет отсюда. Как детектив, он имел расширенный допуск на станции и мог получить доступ к спасательным капсулам, расположенным в доке. Там оставалась последняя капсула, до которой ещё не добралась зелёная тварь. Схватив предателя за плечо, они побежали по коридорам СБ в направлении дока.
Станция трещала по швам, давление быстро падало, один за другим гасли отсеки станции, все системы выходили из строя. Вот они добежали до капитанского мостика и повернули направо. Нона на мгновение задержала взгляд на теле Хэнка Адамса и тут же отвернулось. Она уже насмотрелась за сегодня. Нет, хватит. Впереди их ждёт док со спасательной капсулой, которая унесёт их из этого ада и можно будет про всё это забыть... по крайней мере постараться. Они неслись сломя голову, в горле уже давно пересохло от холода и дыма, постепенно заполнявших станцию. Очередная дверь распахивалась перед ними уже неохотно. Падала подача питания. Пальто Смита развивало на бегу, из под шляпы на глаза стекали капли пота. Ещё одна дверь уползла в сторону ещё медленнее предыдущей. Причёска Ноны спуталась и, обильно смоченная потом, липла к лицу. Бежать. Быстрее. Осталось ещё немного! Очередная дверь распахивается и... они упираются в красную заслонку пожарной блокировки. В корридоре, ведущем к доку, бушевал пожар и он был заблокирован. Пожар от зажигательного заряда химика Брайана, которым он пытался спасти станцию.
Нона опешила, отказываясь верить в это. Винстон Смит ударил в заслонку кулаком, поморщился от боли и развернулся к Ноне. Они какое-то время стояли, смотря друг другу в глаза и как бы ведя бессловесный диалог. Относительную тишину нарушил хрип системы оповещения, сообщивший об отбытии спасательного шаттла.
Судорожно глотая воздух и пытаясь сдержать накатывающие слёзы, нона проговорила:
- Нет!... Они... Улетели...
Вновь повисло молчание. Взгляд Ноны, бывший всегда озорным и с огоньком, будто остекленел. Приходило осознание, что это всё. Это действительно конец. Выдохнув немного воздуха в звуке, которому предпологалось быть смешком, она спросила глядя в никуда :
- Ребят, какие-нибудь последние слова?
Потянувшись рукой в карман, Винстон Смит вздохнул и произнёс:
- У тебя есть спички? ХоП не вернул мне зажигалку.
19
