Пролог
Скрытый текст
Огонь… Огонь… всепроникающий и вездепожирающий рыжий с черными всполохами огонь. Я не чувствовал огонь рядом с собой, также я не чувствовал жар. Я сам был частью огня, частью той могущественной стихии, что когда то внушала перед собой почти суеверный страх. Нет ничего благороднее, чем сгорающий враг, еще секунду назад считавший себя хозяином положения. Его предсмертные крики, запах горелой плоти, осыпающийся мертвым пеплом хребет несчастного, который имел глупость встать на нашем пути, что может быть слаще…
Пибиб!
Я резко дернулся, как от хорошей пощечины, и сонными глазами уставился на КПК. Все еще пребывающий в объятьях Морфея я не шибко быстро скрипел извилинами, поэтому я признал жестокую реальность только после четвертой проверки входящих сообщений. Дисплей едва заметно мерцал, и показывал мне всю ту же строчку что и предыдущие три раза – сообщений нет.
-Сволочи, - подумал я, - мешают спать работящему человеку. Небось, кто-то просто проходил рядом, и получил сообщение. Я услышал пиликанье, и, по въевшейся в плоть и кровь привычке, решил немедленно проверить КПК.
Я в пятый раз проверил сообщения и тихо выругался, помянув того идиота, который получает сообщения посреди коридора, космоисууса, и королеву алиенов. В сложной тираде они переплелись в жаркой любовной схватке, по ходу дела используя включенные станбатоны в качестве фалоимитаторов.
-Эгей, спящая красавица. Подъем, к тебе важный клиент.
Я поднял голову, рассуждая о том, кто на этой станции настолько потерял страх и совесть, что будет в подобном тоне обращаться ко мне, Кларку Маффину, Хопу, второму, после капитана, человеку на этой станции. Я уже начал обдумывать, как бы вежливо послать важного клиента в ж… бескрайние глубины космоса с кожурой от банана в качестве одежды, как вдруг я встретился глазами с тем, кто так бесцеремонно ко мне обратился. Передо мной стоял…
-Джон Декольте, собственной персоной! – радостно возвестил этому миру черноволосый поджарый мужчина, радостно косясь на меня, - Кларк, дружище, неужели ты забыл своего лучшего друга!? Давай, соня, поднимай свою задницу, оторвись от макулатуры, и пойдем в бар. А то у тебя уже глаза красные, я боюсь, как бы ты меня не сожрал.
-Джонни, сколько лет, сколько смен, - я обрадовано пожал протянутую мне ладонь и вновь бухнулся в кресло, - прости, но я не могу. Глаза у меня красные от недосыпа. Ты представляешь вообще, сколько работы свалилось на мои плечи?
-Не ссы, твои плечи не сломаются. А если сломаются, я тебя починю. Я ж врач как-никак.
-Ты генетик, а не хирург.
-Не волнуйся на этот счет. Я просто расстегну штаны, покажу тебе кой-чего, - тут Джон Декольте, которого в космической академии девушки за глаза называли здоровяк, отнюдь не за телосложение, удовлетворенно крякнул и продолжил, - потом ты умрешь от черной пречерной зависти, и я тебя успешно клонирую.
-Не думаю, что капитан будет рада такому изобретательному генетику, - пробормотал я и тут же скривился как от зубной боли, поняв, что ляпнул лишнее.
Джонни немедленно замер, будто вслушиваясь в ускользающую фразу и медленно, почти эротичным полушепотом переспросил, - ты сказал, что она будет… рада?
-Даже не думай, она не в твоем вкусе. И вообще, после того случая ты обещал не устраивать на станции потрахушки…
Взгляд моего друга, сначала внимательно разглядывавший документы на моем столе, вдруг резко замаслился и уставился куда-то мне за спину. Раздался звук закрывающейся двери.
-Кларк, где разрешение Хоса на смену профессии у Боба Ганзеля? С ассистента до вардена просто так не прыгают.
-Посмотрите на столе, - сказать что мной овладело отчаяние, значит ничего не сказать.
Взору моего друга предстала великолепная шатенка с веснушчатым лицом, красота которой еще в начале смены так бурно обсуждалась всей станцией.
Нацепив на лицо одну из своих самых милых улыбочек, Джон чуть громко и неестественно выдохнул.
-Хоп, вы не могли бы дать мне профессию главврача, - невинным голосом спросил мой друг, усиленно делая вид, что кроме меня в комнате никого в упор не видит.
-К сожалению, место главврача уже занято, ищите себе другое, - на автомате ответила капитан, разбираясь в документах на моем столе.
-Ой, девушка, а вы кто?
Капитан удивленно вскинула брови и напоролась на тот самый гипнотический взгляд и ту самую обезоруживающую улыбку, которыми еще во времена космической академии мой друг усиленно зарабатывал репутацию дон Жуана.
-Мое имя Эмма Браун, я капитан на этой станции, - обычно на этом все и заканчивалось, девушка начинала смущаться, краснеть, и от кровати ее отделяло всего лишь полчаса милых разговоров. Однако первый удар ушел в молоко, не причинив вреда. Я буквально почувствовал, как Джонни усмехнулся. Не мне и не ей, а про себя. Ну что ж, я знаю своего друга, а у него есть пара козырей в рукаве.
Где то после двух или трех фраз с каждой стороны, когда капитан кратко попрощалась и вышла из кабинета, я уже подсчитывал потери.
Эмма Браун, вышла из боя без потерь, без внушенной возбужденности, без заинтересованности к моему другу и прочего.
Джон Декольте – втоптанное в грязь самолюбие, раз. Годами проверенные навыки и приемы, за одну минуту давшие осечку все разом, два. И наконец, его принцип, гласящий, что если девушку не добиться сразу, то ее надо добиваться обязательно, это три.
В совокупности этот коктейль ничего приятного из себя не представлял.
-Хороша, - генетик восторженно цокнул языком и улыбнулся какой то плотоядной улыбкой, - она будет одной из самых неподатливых в моем списке. Но все же она там будет, - тут он вновь обратил на меня внимание, - Кларк, дружище, не мог бы ты немного поколдовать над моей карточкой? Доступ в бар, гидропонику, и, на всякий случай, в кабинет главврача.
Я что-то тихо пробормотал про старых друзей, которые совсем уже опидарели в край, и вместо того чтобы ходить со мной в бар совращают всяких капитанш и устраивают на исследовательской станции траходромы. Потом вспомнил, что он предлагал мне пойти в бар, но я отказался, поэтому перестал ругаться. В конце концов, Джонни есть Джонни, его не переделаешь. Он волочится за каждой юбкой, а уж в данной ситуации он тем более не может допустить провала. Поэтому я уже без всяких ворчаних проапдейтил его карточку и вернул хозяину.
-Пока, мой старый друг, - пафосно прогремел голос генетика по всему коридору, - может быть, когда мы увидимся в следующий раз, я буду не один.
-Угу, гандоны не забудь, - пробормотал я унесшемуся по коридору другу и вновь расположился в кресле. Смена обещала быть долгой.
Глава 1
Скрытый текст
Все-таки мой друг был абсолютно прав. Просто сидеть и ничего не делать смертельно скучно. Я решил немного проветриться, и, оставив на приемном столе записку «Вернусь через 5 минут», покинул кабинет.
В первую очередь я решил пойти в бриг. Не то, чтобы меня там ждали дела, просто главой безопасности был мой давнишний знакомый Лирой Стемос, с которым мне хотелось повидаться. Мы успели крепко сдружится во время прошлых смен, и теперь я шел навестить приятеля.
HONK!!!
-Привет, начальник, как делишки?
Дорогу мне перегородил искрящийся радостью и весельем клоун. Лицо было покрыто толстым слоем грима (или это маска, никогда не задумывался), вся его цветастая одежда дико раздражала меня, а гудок в руках довершал композицию. Самый незаурядный клоун, короче говоря.
-Начальник, оглох чтоли, я говорю, как дела?
Я со злобой посмотрел на стену за его спиной, будто там было написано четыре варианта ответа, причем половина нецензурные.
-Отстань, у меня дела, - я обогнул клоуна и пошел по коридору в бриг, однако этот попугай и не думал отставать. Он шел рядом со мной вприпрыжку, что-то непрерывно треща и невыносимо скрипя своими ботинками. О-о-о, если бы кто-то решил составить список самых раздражающих звуков вселенной, то скрип этих паскудных туфель был бы на третьем месте. Второе место в этом списке скорби занял дичайший храп моей бывшей жены, а золото получил тот самый звук, которым клоун меня поприветствовал.
Непроизвольно я нахмурился. Мое услужливое воображение мигом нарисовало картину, моя храпящая жена, в скрипучих ботинках, держит в руке клоунский гудок и гудит, гудит, гудит….
-Ладно, начальник, если что, мистер Трап спасет тебя из любой беды, - клоун по-заговорщецки мне подмигнул и юркнул в техтоннель.
-Странно, не помню, чтобы у клоуна был доступ в техтоннели.
-Стой! А ну остановись!
Мимо меня пронесся ассистент и СБ. Что странно, ассистент был в броне, в изолирующих перчатках и с баллоном в руках. Странный вид для работника нанотрасен, который не нуждается ни в одном из этих предметов.
-Я сказал, стой! – офицер достал тазер и метким выстрелом застанил преследуемого.
Идиллия, ничего не скажешь.
Придя в бриг я застал вардена и главу безопасности сидящими в раздевалке СБ и что-то бурно обсуждающими.
-А я говорю, что мне насрать на все их закидоны, я сажал, сажаю, и буду сажать, - Лирой Стемос, глава безопасности, суровый дядька со шрамом на лице, одной рукой опирался об стол, а другой жестикулировал в такт словам.
-Я все равно считаю, что с этим надо что-то делать, - Боб Ганзель, надзиратель, чувствовал себя не совсем комфортно, вступая в конфликт с непосредственным начальством, поэтому его голос звучал не так громко и убедительно.
-Что за шум, а драки нет?
-Кларк, рад тебя видеть! – Лирой крепко пожал мне руку, отчего мне пришлось судорожно растирать онемевшую конечность, да еще стараться, чтобы никто этого не заметил. Хватка у бывшего морпеха была железной.
-Кларк, помогите нас рассудить, - начал Боб, - каждый раз, когда мы сажаем кого-либо в камеру, человек впадает в апатию. Я не знаю, почему так случается, но мне кажется, что дело в камерах. Сдается мне, что надо перестать сажать людей, а просто брать с них штраф.
-Да черта с два! Если у этих слабаков не выдерживают нервы при виде камеры, то это не означает что я обязан нянчится с этими хуежуями! - было видно что разговор продолжается уже довольно долго, и мистер Стемос начинает понемногу выходить из себя.
-Но станция теряет персонал…
-Это говно, а не персонал! Им надо было думать головой, а не жопой, прежде чем нарушать порядок на моей станции. Если эти ебучие ассистенты будут продолжать пиздить болоны и ебашить по голове всех подряд, я им устрою кузькину мать!
Потом следовала длинная многоэтажная тирада, в которой господин Стемос в понятных и доступных терминах разъяснил нам, что он подразумевает под выражением кузькина мать. По его мнению, кузькина мать представляла собой локальный пиздец, направленный на уничтожение всех людей на станции, чьи головы предназначены только для ношения шляп и проталкивания в ротовую полость еды.
В вышеупомянутую ротовую, а также и анальную полость предлагалось засунуть ящик с гранатами, и утромбовать все баллоном, засунутым плошмя. В конце концов, гранаты детонировали, что означало наступления во всей вселенной безмерных потоков счастья и радости.
На робкие попытки Боба возразить, что в оружейной не хватит гранат для воплощения плана мистера Лироя в жизнь, глава службы безопасности ответил, что хороший варден пойдет и закажет 10 ящиков с гранатами, после чего, очень рассерженный, ушел.
-Зря я начал этот разговор, ой как зря, - пробормотал Боб и уселся за стол, писать прошение кватирмейстру на 10 ящиков с гранатами.
-Боб, можно я пойду, осмотрю апатичных?
-Конечно можно. Их вещи в шкафчиках, если что.
Я подошел к первой камере и сквозь стекло посмотрел на первого апатичного. На его лице застыла, будто гипсовая маска, а глаза тупо смотрели вперед, не выражая ни мыслей, ни эмоций. От этого мне стало слегка не по себе.
Я зашел внутрь и разблокировал шкафчик. Осмотрел одежду, рюкзак, все что можно. Найдя с виду неприметную вещицу, я выругался и пошел во вторую камеру. Там результат был тот же.
В третьей камере я едва не поперхнулся – было видно, что этот заключенный много пил перед тем как его арестовали, и все пространство заполнял жуткий перегар. Борясь с отвращением, я осмотрел и его вещи, но тут уже ничего не нашел.
Четвертая камера. Я привычным движением разблокировал шкафчик, мельком глядя на заключенного. Он был прикован, поэтому у меня не было причин опасаться того, что он вдруг очнется. Уже ни на что не надеясь на успех я осмотрел его вещи, взял в руки его одежду и запустил руку в карманы…
Черт возьми, я так надеялся что я не найду это еще раз.
Я удрученно покачал головой и горько усмехнулся, осматривая найденный предмет со всех сторон.
-Ты… - раздался голос со стороны кровати, - ты ведь не расскажешь ему?
-Мне придется, - я положил находку себе в карман и обернулся к тому, кто заговорил со мной.
-Что ж… это справедливо… можешь ему передать, что я сожалею.
-Передам.
В коридоре я наткнулся на что-то деловито обсуждающих Эмму Браун и Лироя Стемоса. Заметив меня, глава безопасности улыбнулся, и спросил, - ну что, Кларк, нашел что-нибудь интересное?
-Абсолютно ничего.
Улыбка с его лица сразу пропала. Он внимательно посмотрел на меня и переспросил, - точно ничего?
-Я же сказал, Лирой, ничего интересное, - я примиряющее улыбнулся, обогнул своих коллег глав и направился в медбей.
-Что с вами? – спросила капитан, как только силуэт ХоПа скрылся за поворотом.
-Хмм, не могу сказать точно. Глава персонала обыскивал вещи уверенно, как будто точно знал что ищет. Обратно он шел спокойно, а на мой вопрос ответил… ну, не знаю… немного неестественно. Да и вообще, к чему бы Главе персонала обыскивать уже обысканных заключенных?
-Знаете, а в ваших словах что-то есть. Надо бы приглядеться к нему…
Рядом раздался приглушенный звук закрывающейся двери. Оставшийся за ней клоун, едва заметно покачал головой и скрылся в темноте техтуннеля, волоча за собой бездыханное тело… клоуну предстояло еще немало работы…
Я прошел в медбей, осматривая общее состояние медотсека. Луж крови нет, трупы не валяются, значит все в норме. Забредя вглубь медицинского отдела, я открыл дверь в техтоннель и устремился в темноту. Едва за мной захлопнулся шлюз, я включил фонарик на КПК, рассеивая темноту, и, ориентируясь по почти незаметным признакам, пошел вперед. В конце концов я вышел в какую-то левую пристройку к станции, и вошел в нее.
-Стой, кто идет? – из темноты высунулась рука и преградила мне дорогу включенным станбатоном.
-Скажи начальнику, что пришел Маффин.
Раздался треск рации.
-Командир, тут какой-то маффин нарисовался. Прикажете… снова треск рации и сильно фонящие слова …ага, понял. Можешь проходить.
Я тяжело вздохнул и устремился вперед. Попав в пристройку, я выключил фонарик и вновь зашагал по привычному коридору станции, в который так неожиданно превратился техтоннель.
Постепенно я начал нервничать. Вокруг меня было довольно таки много людей со станбатонами и огнетушителями, однако я упрямо шел вперед.
Я подошел к алмазной двери и с тихим скрипом открыл ее.
-Кларки, дружок, как я рад с тобой вновь встретиться, - тихий старческий голос прервался кашлем, - проходи, присаживайся.
Обычная комната. Обычные люди по углам, в броне и с батонами на поясе. Обычный стол, за которым сидел самый обычный пожилой человек, выглядящий примерно на 50 лет, с доброй улыбкой и слегка прищуренными глазами.
Джонни Боллони. Об этом человеке можно сказать многое, и в то же время о нем нельзя сказать почти ничего. Его прошлое мало кому известно, он скрытный и довольно необщительный. Также можно с уверенностью утверждать, что Джонни Боллони человек жестокий и скорый на расправу.
Не смотря на это, сидящий передо мной пожилой мужчина слишком много значения придает таким словам как честь, достоинство, благородство. Он никогда не предаст, не обманет, и ни за что не ударит в спину.
Именно таким все знают Джонни Боллони, главу семейства Боллони. Его семья чем-то напоминает мафию. Что поделать, Джонни очень любит стиль.
-Мой старый друг, не хочешь пригубить со мной бокал вина?
Мгновенно на стол поднесли требуемые приборы и бутылку непочатого вина. Главу семейства уважали и боялись не на шутку. Разлив напиток по бокалам, прислуга отошла в сторону.
-Вино действительно чудесное, откуда ты только берешь такое? То, что разливает наш бармен, по сравнению с этим, жуткая кислятина.
-Из системы Омега-Сонг-43. Цены, мягко говоря, кусаются, однако вино того стоит.
Я с превеликим удовольствием допил этот великолепный напиток и отставил бокал в сторону.
-Итак, мой старый друг, я не думаю, что ты пришел ко мне только потому что заскучал. Тебя привело ко мне дело.
-Так и есть. Офицерами безопасности только за прошедший час было поймано четыре ассистента с баллонами.
-Это не мои ребята.
-Я так не думаю, - грустно ответил я и достал из кармана три одинаковых серебряных брелка, изображающих огнетушитель. Знак представителя семьи Боллони.
Все они лежат в апатии, в камерах, - я кинул брелки так, чтобы они заскользили по столу к моему собеседнику. Джонни ловко поймал их и с печатью грусти на лице поднес один из них к лицу.
-Хрмрм, - он пожевал губами и в расстроенных чувствах положил брелок на стол.
-Ты знаешь, Кларки, что моя семья как раз и занимается тем, что не допускает появления на вашей станции всяких кретинов, творящих беспредел. Я не имею понятия, что должно было произойти, чтобы мои ребята нарушили закон. Ты говорил с ними?
-Я же сказал, они в апатии… хотя постой, один из них был в сознании.
-Мои ребята с ним поговорят, - заметив мой взгляд, он уточнил, - не волнуйся, если он ни в чем не виноват, я не стану его трогать.
-Что ж… это все, зачем я приходил к тебе. До свидания.
-Погоди, Кларки, - Джонни вновь пожевал губами и продолжил, - как ты, наверное, знаешь, мы не только ловим нарушителей, но и ищем потенциальную угрозу. Один из моих людей, который пошел проверять клоуна, до сих пор не выходит на связь. Также мои ребята заметили парочку странных типов, которые отсутствуют в списках. Мне не хотелось бы врываться на станцию с батонами, болонами и тазерами наперевес, служба безопасности не так меня поймет. Будь повнимательнее, Кларки.
-Ясно. До встречи, - я встал из-за стола и вышел из кабинета.
Пожилой глава семейства откинулся в кресле, закуривая дорогую сигару, наподобие той, что в единственном экземпляре хранилась у капитана. Джонни абсолютно не хотелось в этом признаваться, но он симпатизировал молодому главе персонала, с которым познакомился чисто случайно.
-Хех, ну и задали мы тогда жару этим засранцам, - улыбнулся Боллони. Несмотря на свой преклонный возраст, огнетушитель одной рукой он поднимает особо не напрягаясь. Не то что нынешние. Все на батоны переходят, мол ими удобнее…
Ладно, воспоминания воспоминаниями, но пора и делом занятся.
Джонни нажал на кнопку, спрятанную под столом и начал раздавать поручения.
-Эта смена обещает быть долгой, - напоследок подумал он.
